Как стать элитной проституткой в Москве

Они обслуживают депутатов, бизнесменов и известных спортсменов. Их избивают и унижают. Ради денег элитные проститутки готовы пойти на что угодно, но они все еще надеются на чудо

Загородный банный комплекс. Во главе длинного массивного стола сидит мужчина, на руках эксклюзивные часы, под рукой – телефон. Ему около сорока, взгляд несколько затуманен виски. На заднем плане слышатся плеск и шипение (в парилке кто-то льет воду на белый кварц), чуть поодаль — двое мужчин на диване в обнимку с миловидной рыжеволосой толстушкой. Та заливисто хохочет и тянется подпевать в караоке песню Лепса.

Напротив вторая девушка, брюнетка, вежливо делает глоток односолодового и потуже запахивает на груди простыню. Они пьют третий час, перемещаясь из общего зала в парную, а оттуда — в бассейн. Мужики уже раскочегарились и больше времени уделяют алкоголю и караоке, чем сидящим девушкам.

Третья, блондинка, проводит пальцем по ободку часов мужчины и наивно-удивленно спрашивает, сколько стоит такая модель. Мужчина улыбается, уже открывает рот, чтобы что-то ответить, как вдруг замирает. Из динамиков доносится хит нулевых.

─ И уже других качают наши школьные качели…

Мужчина дергает головой вправо, как раз туда, где стоит стереосистема. Он смотрит прямо за спину брюнетке, но как будто сквозь нее. Девушка испуганно озирается.

─ …записки с голубками все летят ко мне из детства…

В следующую секунду раздается треск: это звук, с которым блондинка ударяется головой об стену. Правой рукой мужчина тянется схватить брюнетку за волосы, она отскакивает, махом перепрыгивая скамью. Пятерня загребает воздух.

— Школа, школа, я скучаю…

Стаканы разбиваются о деревянные панели. Визг, усиленный микрофоном, забивает уши.

Темноволосая проститутка уже у входа, дергает дверь. Простыня соскакивает, и она бежит полностью обнаженная по заснеженному двору. Обезумевший пьяный клиент преследует ее еще метров двадцать, затем падает в сугроб.

В бане все успокоилось только через двадцать минут. Блондинка и рыжая отделались синяками и легким испугом. Продрогшая от холода Эмма слегла с воспалением легких на три недели.

«Хорошо, что до стрельбы не дошло, как в прошлом году», – подумала она.

***

Эмме тридцать два, выглядит на двадцать шесть – возраст, указанный в анкете. Эммануэль – ее рабочий псевдоним — в честь героини известного эротического романа. У девушки эффектная внешность. Легкая припухлость губ (скорее, гиалуронка, чем ботокс), омбре на волосах, ни грамма жира на талии. Ухоженность и забота о себе – основа профессии. Девушка следит за физической формой, не употребляет мяса, ест много овощей: «если слабый иммунитет, будут липнуть болячки».

За час она берет 25 тысяч рублей (50 тысяч — на выезде, ночь – 175 тысяч), дополнительные услуги оплачиваются отдельно.

Чем чаще вы заходите к нам в Telegram, тем чаше улыбаются элитные проститутки

Telegram Daily Storm

Фото: © Daily Storm/Илья Челноков

Есть и другая анкета, в разделе элитных предложений, где по умолчанию все включено, в том числе садо-мазо. Там стоимость на порядок выше: 50, 80 и 300 тысяч рублей соответственно.

Среди тех, кто решился набрать номер, оставленный под второй анкетой, много известных людей – даже слишком известных. Они не считают себя ни мазохистами, ни садистами, в постели не употребляют специальную секс-терминологию. Просто говорят: я хочу, чтобы ты сделала вот это.

***

Раньше Эмма работала с менеджером. Он подбрасывал ей заказы, она ему ─ часть денег. От трети до половины. Но после пары неприятных случаев, включая ситуацию в бане, Эмма сама занялась раскруткой.

По ее словам, в Москве нет ни одного менеджера, которому можно было бы доверять. Сама она старается вести строгий отбор, принимает по рекомендациям и никогда не зовет незнакомого человека сразу к себе.

В бизнесе она более пяти лет. Приехала из Петербурга. Начинала со стриптиза. Во время одного из выступлений Эмма получила травму, гипс и двухмесячный простой в работе.

Деньги, заработанные у пилона, кончились мгновенно. Директор стрип-клуба давать в долг отказалась. Помог друг директрисы ─ но за услугу в гостинице.

После этого случая Эмма поняла, что «не нужно всю жизнь тут убиваться». Можно зарабатывать больше и проще. Переездом в Москву, раскруткой и сопутствующими хлопотами девушка занималась сама: перерыла кучу форумов и спросила совета более опытных подруг.

─ Мало кто, работая в библиотеке, р-р-р-раз – и приходит в проституцию. Как правило, либо натыкается где-то на информацию, либо есть знакомые.

Посмотрела пару фильмов о жизни путан («Красотка Китти», «Честная куртизанка»), сняла жилье, установила охранную сигнализацию и тревожную кнопку. Завела страничку в интернете. И началось…

***

Проституток можно условно поделить на девочек из салонов и индивидуалок. В салонах мало платят (половину и больше забирает сутенер), часто штрафуют. Чтобы уйти оттуда и стать индивидуалкой, нужны первичные накопления – на квартиру и рекламу, а в таких условиях их просто невозможно собрать. Хуже, по мнению Эммы, только сексуальное рабство.

В салоны время от времени врываются сотрудники правоохранительных органов и пачками задерживают всех, кто в тот момент там находился.

Доказать «проституцию» сложно – только если девочки сами дадут показания против себя. Штраф смешной – от полутора до двух тысяч рублей. Но будет ночь простоя и нервотрепка вместо заработка.

У Эммы есть адвокат, способный вытащить практически из любой юридической трясины. С ним она работает с самого первого дня, как переехала в Москву. Он мчит к ней по первому звонку. За деньги, не за секс.

Фото: © личный архив героини

Такой помощник есть далеко не у каждой проститутки.

Но есть общее, что роднит и индивидуалок, и сотрудниц салонов: страх за собственную безопасность — быть изнасилованной, ограбленной, убитой. Страховки в этой профессии нет. Администраторы салонов записывают всех без разбора, им все равно, вменяем человек или нет.

Менеджеры отправляют девочек к клиентам, про которых точно известно, что те принимают наркотики, а потом избивают девушек, наносят им тяжелые увечья. Иногда те бесследно исчезают. Так, одна знакомая Эммы поехала в Грецию год назад – и пропала. Близкие до сих пор не могут выйти с ней на связь.

Кто-то из друзей Эммы знает о ее роде занятий, кто-то – нет. По ее словам, многие из подруг занимаются тем же самым, но считают себя приличными женщинами. Они не занимаются сексом за деньги, но если мужчина ничего им не дарит – он м***к. С ними Эмма ведет разговор в этом же ключе: «За деньги? Никогда, да вы что!»

─ Ну, я говорю, что у меня есть любовник, который меня содержит. Ну и у нее есть. Ок. Но если я вижу, что человек называет, по крайней мере, в голове у себя вещи своими именами – то с ним можно разговаривать открыто.

***

Эмма глушит мотор, вынимает ключи и кладет в сумочку. Час назад позвонил клиент – даже по телефону чувствуется, что он уже принял на грудь. Эмма тяжело выдыхает, собираясь с силами. Нужно выйти из машины и подняться в дом. Если бы не деньги, не поехала: один из главных принципов безопасности – не приезжать, если человек пьян. Но на дворе ноябрь, клиентов мало, а деньги, которые последний любовник оставил на оплату квартиры, непредвиденно закончились.

….Внутри накурено, в пепельнице виднеется ежик из окурков. На столе валяется небрежно согнутая банкнота, на полированной столешнице – остатки порошка.

У мужчины лихорадочно блестят глаза, с порога он тянет ее в спальню, больно схватив за шею. Эмма отстраняет руку, успокаивающе бормочет что-то, но покорно идет внутрь дома. Нужно улучить момент и уехать, пока ситуация не вышла из-под контроля.

Через два дня раздается звонок. В трубке приятный баритон, легкий еврейский акцент.

─ Давайте с вами встретимся? Я пришлю адрес. С нетерпением жду встречи.

За городом снега больше, чем в городе. На траве остаются следы с вдавленной ямкой от каблуков. Девушку встречают, помогают снять пальто, проводят в комнату. Когда внутрь заходит молодой человек и закрывает дверь, она еще спокойна. Когда он достает пистолет и кастет, кладет их рядом с собой – тянется достать телефон из сумочки.

─ Не нужно. Мы с вами сейчас поговорим, не дергайтесь. Вы знаете этого человека?

На снимке клиент, от которого она уехала тогда, несколько дней назад.

─ Ты у него была? Нам нужно знать, с кем он общался в ту ночь.

Клиент занимает крупный пост в госструктурах, Эмма это знает. Девушка отрицает, что была с ним в тот вечер, и предлагает посмотреть камеры видеонаблюдения: она приехала и сразу уехала.

Фото: © Daily Storm/Илья Челноков

Уже после пришло озарение: все, что происходило, не имеет никакого отношения к правоохранительным органам. Следователь вызвал бы на допрос, разговор шел в отделе. Скорее всего, оборзевшие ребята из разыскного агентства, которые решили, что она им ничего не сможет сделать. Тот мужчина женат, по камере наружного наблюдения можно отследить номер авто, сопоставить с распечатками звонков… Значит, заказала жена.

***

Эмма цитирует слова одного из бывших любовников: брак – та же форма проституции. Поэтому, на ее взгляд, выходить лучше за обеспеченного человека. Если же мужчина не может содержать девушку, но начинает давить, обижаться, что с ним общаются из-за денег, – это называется «развести на любовь».

Несколько подруг Эммы из этого бизнеса живут с постоянным партнером – кто-то с более обеспеченным спутником, кто-то – с менее. Те мужчины, которые не вкладывались в женщину, быстро переставали ее ценить. А девушки в отместку начали изменять – сначала скрытно, потом явно.

Другие девочки поставили вопрос ребром: если хочешь претендовать на нечто большее, предложи финансовую подушку. В результате одна из подруг ведет косметический бизнес, вторая – получила должность топ-менеджера в крупной компании. Свадьба – впрочем, богатая по нынешним меркам случилась только у одной.

О детях девушка распространяться не любит. Недавно она получила предложение руки и спонсорства и планирует уйти из профессии: получить второе высшее, переквалифицироваться в коуча, вести прием ─ только теперь в качестве клиентов будут молодые девушки. Те, которые делают первые шаги на поприще проституции и ищут совета более опытных подруг. Круг замкнулся.

***

Звонок в дверь. В глазке — деформированный силуэт.

─ Девчонки, а меня внизу соседки спрашивают, пока я поднимался. Говорят, вы, наверное, в тридцать вторую? Вас тут уже все знают.

Мужчина разувается, проходит в комнату. Достает по тысячной купюре, отдает Мотыльку и ее подруге, спрашивает номер карты и тут же переводит каждой по шестьдесят тысяч рублей. Командует выключить телефоны. Мотылек берется за бретельку – останавливает ее жестом и просит не торопиться. В его руке появляется колода карт.

Клиент предлагает сыграть в простую игру со странным названием «Барин». Кто победит – тот главный. Будет командовать и заказывать желания во время продолжения досуга.

У мужчины трефовый валет, и он с напряжением ждет, какую карту положит Мотылек.

Козырь. Женщина встает, с наслаждением разминает спину, достает из тумбочки наручники. Тянет мужчину за руку к трубе и пристегивает.

Фото: © личный архив героини

Копается в ящике, что-то ищет, слышен металлический звон. В руке появляется пилка для ногтей. Подходит ближе, с улыбкой расстегивает ширинку и произносит, слегка коверкая слова:

─ Я отрежу, вам же не нужно это? Я же барин, могу.

Мужчина краснеет, зрачки расширяются. Он даже не пытается сопротивляться. Мотылек сжимает ладонь и подносит пилочку к плоти.

Клиент выдавливает из себя глухой, протяжный звук. Он потеет, трясется, но не просит прекратить игру.

Мотылек сама понимает, что зашла уже слишком далеко и отпускает свою «жертву».

Довольный клиент быстро собирается и, перед тем как выйти, интересуется:

─ А у вас транса знакомого нет? Забежал бы к вам на следующей неделе еще.

***

Она живет на Киевской, встает в десять утра, каждый день начинает с уборки в квартире (зачем клинер, пол и сама могу помыть). Одевается в хороших магазинах, любит короткие юбки и каблуки. На московских улицах ее чаще принимают за китаянку – Ни Хао! В Казахстане же она известна как Мотылек: на одном из форумов ее анкета – одна из самых популярных, во многом благодаря эпатажному имиджу.

─ Я работаю шесть лет. Когда начинала, была спокойная, стеснительная. Профессия меня изменила: раньше не говорила «нет», молчала. Сейчас могу отказать, глядя в глаза.

Родители умерли, когда ей было шестнадцать. Мать была областным депутатом, семья жила в достатке. После смерти отца девочке пришлось заботиться не только о себе, но и о сводной младшей сестре.

Сначала работала продавцом, официанткой, потом выучилась на бухгалтера – но на работу не брали из-за возраста (тогда женщине было тридцать четыре). Один из любовников предложил помочь, разместив на форуме анкету. Первое время Мотылек боялась и не брала трубку. Потом поехала на встречу с первым клиентом – солидным, приличным мужчиной – да так и осталась в бизнесе.

Год назад впервые приехала в Москву. В Казахстане к этому времени уже была куплена квартира. Там осталась вся жизнь, много знакомых, сын подрастает – ему четырнадцать. Больше всего Мотылек боится, что он узнает о ее работе. А так все уверены, что она работает бухгалтером в московской строительной компании.

─ Они знают, что я не люблю отчитываться, и поэтому не спрашивают.

Москвичи Мотыльку нравятся: не такие грубые, как казахи, целуются, любят говорить комплименты: «Сюси-пуси, солнышко, зайчик, как ты прекрасно выглядишь».

Фото: © Daily Storm/Илья Челноков

А москвичам нравятся азиатки. Один из клиентов, депутат, провел среди сотрудников опрос на тему: кого бы вы хотели видеть в качестве секретарши? Среди ответов: русская, афроамериканка, азиатка. 80% проголосовало за последний вариант. Мода сейчас такая.

─ Он открывает новый отдел и хочет меня устроить туда секретаршей. Спрашивает: сколько тебе в месяц нужно? Ну, я назвала двести тысяч. Он еще так удивился: разве тебе этого хватит? Хватит, квартиру ты же будешь оплачивать, ─  смеется женщина.

Мотылек берет за час десять тысяч рублей. Сначала поставила шесть тысяч, потом восемь: увидела, что клиенты идут, и подняла планку. Зарабатывает чуть больше, чем в Казахстане: чистой прибыли за месяц выходит около десяти тысяч долларов, там – шесть-семь.

Расценки одинаковые — что там, что здесь, но в Москве приходит больше обеспеченных клиентов, которые могут заплатить и по двадцать тысяч за час, и скинуть на карточку деньги – «просто так, на платья». К тому же москвичи не торгуются.

─ Недавно видела одного по телеку, рядом с Собяниным стоял. Они приходят, думают, что я их не узнаю. Артист был недавно, продюсер какой-то, юморист из Comedy Club заходит.

Один раз ее пытались изнасиловать: мужчина назначил встречу на улице, набросился и поволок в кусты. На крик прибежали четверо молодых парней, оттащили. На радостях она отдала им все деньги, что были при себе.

На внутреннем форуме проституток каждый день — сводки: та утонула, эта выпрыгнула с балкона, ту убили. Кто-то погибает из-за наркотиков, кого-то калечат клиенты.

Один известный адвокат вызвал к себе девочку, всю ночь избивал. Женщина вернулась домой с проломленной головой. Ребенок остался, сын, все вместе собирали деньги.

Мотылек не принимает всех подряд – это не салон, поэтому даже не говорит номер квартиры новым клиентам: Бережковская набережная, дом такой-то. А дальше смотрит из окна, как мужчина паркуется, разговаривает с ним по телефону, наблюдает.

Предусмотреть все невозможно: на днях к ней пришел клиент и попросил выгнать его голым на улицу. Говорит, что подаст ей знак, когда будет финишировать, и в этот момент нужно вещи выбросить с балкона, а его самого выставить за дверь.

─ Теперь я понимаю, как голые на улицах оказываются.

Женщина рекламирует свою анкету на специализированных сайтах, а также мониторит каналы в одном из мессенджеров. Там регулярно публикуются предложения самого разного характера: от подбора спутницы для поездки на острова, до поиска девственницы или контактов известной актрисы. Разумеется, участников в канал добавляют сами админы, но открыть и просмотреть сообщения может любой.

Фото: © Daily Storm/Илья Челноков

На досуге женщина сидит на сайтах знакомств ─ в надежде найти достойного спутника. Недавно ей написал мужчина, предложил приехать в Lotte Plaza, посидеть в ресторане. Согласилась. Поужинали, поднялись в номер – а потом он положил ей 200 долларов в сумочку, «на подарочки». Мотылек не говорила, что проститутка, ожидала, что идет на свидание.

Периодически ей звонят жены клиентов и закатывают скандал. Одна нашла переписку, где самым частым эпитетом было «сладенькая». Жена набрала узнать, что же это за краля-раскрасавица такая?

Мотылек просила передать супругу, что если он ей заплатит за этот и предыдущий раз, то не примет его больше: как бухгалтер, она умеет считать деньги. На том конце раздались гудки.

─ А один раз я так и сказала: да, я проститутка. Вам какая разница – вы радуйтесь: он пришел, деньги заплатил, я ему все сделала, он ушел к вам – не какая-то там любовница.

Две трети клиентов Мотылька – семьянины, и декабрь они проводят с семьей: хлопоты, подарки. Поэтому под конец года спрос падает – в отличие от того же Казахстана.

Сама женщина замуж не хочет.

─ Замуж предлагают одни нищеброды!

Она хочет родить второго ребенка. Сейчас спрашивает всех клиентов: дашь сперму? Как раз в этом месяце подходит к концу выплата кредита за вторую квартиру в Казахстане – 5 000 долларов – и можно запланировать беременность. Один из клиентов согласился – молодой русский парень.

Вместе они должны пройти медосмотр. Потенциальный кандидат уже имеет двоих детей, женат. Он дал согласие, чтобы женщина родила, уехала в Казахстан и не занималась больше проституцией.

Мотылек уже пыталась завести ребенка с одним из постоянных клиентов. Они пробовали три месяца, ничего не получилось.

─ Хорошо, что не получилось! Ему пятьдесят четыре, надо от молодых рожать, – утешает себя Мотылек. — К тому же у него и так — столько проблем: восемь детей, жена раком болеет.

Число проституток в столице неуклонно растет – девочки приезжают на заработки из других городов и стран. Но и все больше москвичек задумываются о смене профессии: легкие деньги, иллюзия красивой жизни.

Вместе с ростом предложения ужесточается и конкуренция. Если не брать во внимание салоны, где спор идет на уровне «крыши», индивидуалки стремятся перещеголять друг дружку в УТП (уникальном торговом предложении): кто-то делает ставку на внешность, кто-то – берет экзотикой или опытом.

У каждой индивидуалки своя «слезливая» история, свое оправдание и одно обещание на всех — завязать. Зажить по-человечески. Только не спешат завязывать ни 18-летние провинциалки, ни 40-летние москвички. 20 000 в час в другом месте не заработаешь.

ИСТОЧНИК

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш email нигде не будет показан.