Интервью Ундине де Ривьере, эскортницы из Германии

В интервью  активистка профессионального объединения эротических и сексуальных услуг рассказала о своей профессии, а также о ситуации с принудительной проституцией и торговлей людьми в этой сфере.

Проституция в Германии была легализована еще в 2002 году. Тем не менее обычной профессией она не стала. Оказание сексуальных услуг по-прежнему является общественно порицаемой сферой деятельности, и большинство профессиональных проституток предпочитают не афишировать способ, с помощью которого они зарабатывают на жизнь.

46-летняя Ундине де Ривьере (Undine de Riviere), проститутка из Гамбурга, скорее, исключение. Она охотно согласилась ответить на вопросы корреспондента DW в Берлине, где в середине августа проходили сначала конгресс немецких проституток, а затем — ярмарка «World of Whorecraft» («Мир проституток»). На этой ярмарке публика могла, что называется, из первых рук почерпнуть сведения о древнейшей профессии. Стендами были представлены также различные неправительственные организации, консультационные пункты, частные курсы, на которых желающие могут пройти обучение искусству БДСМ или тантрического массажа.

DW: Госпожа де Ривьере, расскажите, пожалуйста, немного о себе. Как долго вы уже работаете в этой сфере?

Ундине де Ривьере: Я сама — секс-работница уже примерно 25 лет. Живу и работаю в Гамбурге. В 2013 году была одной из основательниц Профессионального объединения эротических и сексуальных услуг (Berufsverband für erotische und sexuelle Dienstleistungen), выражающего интересы, а также консультирующего нынешних и бывших секс-работниц.

Ундине де РивьереУндине де Ривьере

— Как так получилось, что вы стали профессиональной проституткой?

— Когда я была студенткой, один мой однокурсник признался, что иногда покупает сексуальные услуги. Я была заинтригована и попросила его как-нибудь взять меня с собой в стрип-клуб. Там я разговорилась с менеджером, который сказал, что всегда ищет девушек на отдельные смены. Для меня это была студенческая подработка. А позже я начала оказывать и сексуальные услуги.

— Считается, что часто именно так — с пип-шоу или стриптиза — и начинается сползание в полукриминальную среду проституции, к наркотикам и так далее…

— Лично я к таким вещам никакого отношения не имела. Да, стриптиз был для меня началом, но совершенно осознанным решением. Это не помешало мне окончить университет и получить диплом физика. А после выпуска я стала думать, чем хочу дальше заниматься. Решила попробовать полный рабочий день оказывать сексуальные услуги. На этом и остановилась.

— Чем было продиктовано ваше решение? Вопрос денег или призвание?

— Были разные причины. Разумеется, я, как и большинство трудящихся, работаю за деньги. Если кто-нибудь согласится переводить мне на счет столько, сколько я зарабатываю, я больше работать не стану. Но и профессия как таковая мне нравится. Думаю, я хорошо с ней справляюсь, умею найти подход к разным людям.

Кроме того, эта профессия дает целый ряд преимуществ. Я сама определяю часы своей работы, могу трудиться где угодно, у меня много свободы. Такой Work-Life-Balance (баланс работы и жизни. — Ред.) не может предложить мне ни одна другая профессия. Клиентов я чаще всего принимаю у себя дома. Бывает, наношу визиты в гостиницы или меня заказывают для участия в частных вечеринках с групповым сексом.

— И налоги вы платите как индивидуальная предпринимательница?

— Разумеется, и подоходный, и налог с оборота. Есть кассовая книга, в которую я заношу доходы и расходы. Я веду обычную бухгалтерию, как того требует финансовое ведомство. У меня и налоговый советник есть, который помогает мне составлять ежегодную налоговую декларацию.

Картинки по запросу эскорт

— И квитанцию клиентам даете?

— И квитанцию могу дать, если кто-нибудь из клиентов попросит. Но большинству она не нужна. Что с ней делать? К тому же клиенты не хотят огласки, а если квитанция в кармане, ясно, за что она выписана.

— Давайте теперь поговорим об этой ярмарке «World of Whorecraft». В чем вы видите ее смысл?

— Речь идет о налаживании контактов с общественностью, о беседах с людьми с тем, чтобы попытаться преодолеть имеющиеся у них предрассудки. Вот и с вами я для этого разговариваю.

— А как вы относитесь к тому, что Германию называют «борделем Европы»? Проституция здесь была легализована еще в 2002 году, сексуальные услуги легкодоступны и сравнительно дешевы…

— Смотрите, если бы речь шла о любой другой отрасли, к этому относились бы позитивно. Говорили бы, что вот в такой-то стране хорошо развита сфера таких-то услуг и что здесь можно успешно заниматься таким бизнесом. Люди часто летают в Таиланд, где много хороших и недорогих портных, чтобы сшить себе там костюм или платье.

Вот и в Германию люди приезжают, чтобы воспользоваться сексуальными услугами или их предложить, потому что правовые рамочные условия здесь для этого более либеральны или по меньшей мере не так плохи, как в других странах. К сожалению, принятый в 2017 году закон о защите проституток (Prostituiertenschutzgesetz) стал шагом назад в этом отношении. Мы с этим законом категорически не согласны.

— Почему закон, призванный защищать людей вашей профессии, вы считаете шагом назад?

— Закон обязывает всех секс-работниц регистрироваться, получать и всегда иметь при себе специальное удостоверение. Эта практика входит в противоречие с принципом охраны личных данных, которые в данном случае очень деликатны. Ведь оказание сексуальных услуг все еще подвергается сильной общественной стигматизации. И очень многие из нас хотят сами решать, кто может узнать такие сведения, а кто — нет. Мы считаем, что этот закон противоречит европейскому праву, и проверяем, нет ли возможности принять правовые меры против него.

— Но разве вы не противоречите сами себе? С одной стороны, вы ратуете за то, чтобы профессия проститутки стала общественно признанной, такой же, как любая другая, а с другой, — не хотите, чтобы проститутки афишировали род своей деятельности…

— Решение должен принимать каждый человек индивидуально. Одни могут себе позволить огласку, потому что их социальное окружение относится к такой профессии терпимо, а другие — нет. Никого нельзя принуждать. Закон же о защите проституток лишает нас информационного самоопределения. Кроме того, он позволяет без всяких на то оснований или подозрений проводить контрольные проверки всех помещений, в которых оказываются секс-услуги, будь то бордель или, как у меня, частная квартира, в которой я принимаю моих гостей. А ведь Основной закон гарантирует неприкосновенность жилища.

— Но, может быть, для таких проверок все-таки есть основания? Что вы можете сказать о торговле людьми в этой сфере, о принудительной проституции, о которой часто пишут в немецкой прессе?    

— Давайте разберемся. Каждый год по таким подозрениям проводятся несколько сотен расследований. Возбуждением уголовных дел и судебными разбирательствами оканчиваются менее ста. Ясно, что есть большая серая зона, когда преступления остаются нераскрытыми и вообще незамеченными полицией. Предположим, эта серая зона так же велика, как в случаях с изнасилованием и сексуальным принуждением. Это тоже деликатная сфера, в которой потерпевшие не всегда обращаются в полицию. Считается, что раскрывается только одно из двадцати таких преступлений.

Если перенести это на сферу сексуальных услуг, в которой занято до 400 тысяч человек — но я возьму цифру вдвое меньшую, 200 тысяч — то при сотне раскрытых дел выходит, что серая зона — это две тысячи потерпевших. Один процент от общего числа. Каким бы ужасным ни был каждый случай торговли людьми, сутенерства и принудительной проституции, это не то, что постоянно происходит в нашей сфере деятельности.

Картинки по запросу эскорт

— Много ли проституток прекращают заниматься таким ремеслом и переходят в другие профессии?

— Конечно. Для очень многих секс-работа — не та деятельность, которой они хотят заниматься всю жизнь до выхода на пенсию, точно так же, как для профессиональных спортсменов или фотомоделей.

— А вы? Собираетесь вернуться к физике?

— Нет, у меня таких планов пока нет. Я надеюсь, что смогу работать по своей профессии до пенсионного возраста. Самой пожилой моей знакомой коллеге, которая еще работает полный рабочий день, 75 лет. Ведь далеко не каждый клиент хочет секса с девушкой, которая ему во внучки годится.

 

ИСТОЧНИК

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш email нигде не будет показан.